Давным-давно, Бог разослал всем народам повеление явиться к себе до полудня: "Я буду раздавать землю".
           Собрался в путь и абхазец. Он уже оседлал коня, как вдруг увидел у ворот усталого запыленного путника. Что было ему делать: опоздать к раздаче или нарушить закон гостеприимства - главный закон Апсуара...
           Когда абхазец, наконец, отпустил Гостя, солнце уже было высоко. Как абхазец не погонял своего коня, к назначенному сроку он опоздал.
          -Где же ты был? - спросил Бог, с огорченным видом, - я уже раздал все земли.
          - У меня был Гость, я не мог отпустить его, не накормив и не напоив, пока не были подняты все положенные тосты.
          -Этим Гостем был я, - сказал Пророк Апааимбар - один из служителей Бога.
          - Ну что ж, - сказал Бог, - Раз ты решился пожертвовать своей долей ради заповеди гостеприимства, которую Я дал тебе, то Я дам тебе во владение тот уголок земли, которую избрал для себя. Оставайся таким же гостеприимным, но храни землю Апсны ото всех, кто захочет присвоить ее себе.
          А тот гость, которого принимал абхазец, продолжал посещать землю Апсны. Чтобы Абхазцы не забыли, чья это земля, он установил семь святилищ Аных для поклонения Богу.

/Записано со слов хранителя Святилища Дыдрипш Заура Чичба в 1994 г. Записал и перевел на русский язык И.И.Хварцкия./




           Нарт Сасрыква был самым младшим, сотым сыном Сатаней-Гуаши. Необычным было его рождение.
          Однажды Сатаней-Гуаша белила холсты на берегу Кубани. К полудню, устав от работы, она разделась донага и улеглась в тени кустарника. Дул приятный вечерок, а ее тело белело подобно только что снятому сыру. Отдохнув, она вошла в прохладную воду.
           На другом берегу паслось стадо коров, а у самой реки спал Эрчхеу – нартский пастух.  Его лохматые брови касались травы, и вечер их шевелил.
          Сатаней-Гуаша сразу узнала его и крикнула:
          - Это ты, Эрчхеу? Взгляни сюда!
         Этот окрик разбудил его. Подняв густые бровb, он стал прислушиваться. Голос его очаровал. Присмотревшись, он увидел, что у дальнего берега, лежа на спине, плавает Сатаней-Гуаша. У пастуха вскипела кровь в жилах, он был словно охвачен огнем. Эрчхеу вскрикнул:
         -Сатаней-Гуаша, наша госпожа, не ты ли звала меня?
         Заслышав голос Эрчхеу, которого Сатаней-Гуаша давно приметила, и к которому стремилось ее сердце, она ответила:
         - Да, это я позвала тебя. Переправься ко мне, я скажу, что хотела.
         После ливней Кубань сильно разлилась. Эрчхеу бросился в реку, но ее быстрое течение отбросило его назад. Он опять ринулся в воду, но бурлящая река снова отнесла его к берегу, Третий раз бросился он в воду, опираясь на шест, но вода вырвала у него шест.
         После этого пастух убедился, что ему не сладить с бурным течением. Он крикнул:
         - Сил больше у меня нет, если попытаюсь снова плыть, - утону. А ты вот что сделай: повернись ко мне, покажи весь свой облик.
         Она исполнила желание Эрчхеу.
         Пастух долго глядел на нее и напрягши все силы, крикнул:
         - Сатаней встань у большого камня. Я в него пущу что-то.
         Испуганная Гуаша укрылась за камнем.
         Он пустил туда свое мужское семя. И оно полетело с громом и молнией, как огненная туча.
         Оно ударилось о камень, и на нем возник человеческий образ. Увидев его, Гуаша догадалась, что здесь проявилась волшебная сила. И снова крикнул ей пастух:
         - Высечь этот образ на камне тебе поможет лишь искусный кузнец Айнар. У него клещи вместо левой руки, правая служит молотом, а нога – наковальней.
         Гуаша привела кузнеца. Он трудился над камнем три дня. И наконец, камень принял человеческий облик.  И тогда он сказал ей:
         - При рождении этого витязя у соседа ожеребится кобыла, и вырастет из жеребенка араш необыкновенной силы и красоты. Сатаней, постарайся раздобыть этого жеребенка  для своего сына, рожденного из камня. Этот конь  будет под стать ему.
         Сатаней спрятала под мышку каменное изображение и пошла домой. Она держала его в тепле целый год, скрывая от людей.
         Накануне перевоплощения каменного облика Сатаней Гуаша соткала добротный холст из конопли, отбелила его на солнце, разложив на берегу, а из белоснежной шерсти наткала сукна.
         Затем Сатаней-Гуаша начала шить черкеску, архалук и башлык. С утра она трудилась и не заметила, как наступил вечер. К вечеру одежда была готова. Люлька, в которой раньше лежали ее девяносто девять сыновей, стояла у нее в горнице, но ей захотелось иметь особую колыбель. Она пошла к кузнецу Айнару и сказала ему.
        - Тебе одному известно, что случилось со мной. Я опять нуждаюсь в твоей помощи.
        - Что тебя тревожит, Сатаней-Гуаша? Если тебе что-нибудь надо, Айнар-кузнец не пожалеет рук своих, своего молота, наковальня у него всегда готова, и онгонь никогда не гаснет.
         - Я хочу иметь колыбель! Но она не должна походить на обычную. Ты знаешь, что тот, кто в нее ляжет, не будет похож на других детей. Для него колыбель должна быть выкована из стали, она должна сама качаться  и не должна скрипеть.
         - Хорошо, такую колыбель я могу приготовить, - сказал Айнар-кузнец.
         - Я надеюсь  на твои золотые руки. Но, Айнар-кузнец, вот я что еще я хотела сказать тебе. Ты начнешь ковать колыбель . Твой огонь днем и ночью будет гореть, твой молот будет греметь, как гром. Мои сыновья, которые сейчас в походе, могу вернуться и спросить тебя, чем ты занят? А что ты ответишь? Неужели ты скажешь им о том, что делаешь колыбель для их брата, который должен родиться? Тогда они пристанут ко мне и станут расспрашивать. Что я им отвечу?
         - Не беспокойся, Сатаней-Гуаша, Айнар-кузнец не только умеет мастерить, нои мастер хранить тайны. Работать буду бесшумно, и дым не будет подыматься над кузней. А сталь в моих руках, как мягкий воск.
          Сатаней-Гуаша вернулась домой. Всю ночь не утихал ураган, хлестал град, гремел гром. Но в нартском селении люди спали спокойно. Только два человека не спали: Сатаней-Гуаша и Айнар-кузнец.
          Могла ли Сатаней-Гуаша спокойно почивать? Она трепетно ожидала воплощения каменного образа. Всю ночь она ходила по горнице взад и вперед. Долго обдумывала, какое имя дать новорожденному. Много имен она перебрала и, наконец, остановилась на имени Сасрыква.
         Айнар-кузнец тоже не сомкнул глаз в эту ночь. Он трудился у своей наковальни. От удара его молота, как звезды, сыпались искры. Он ковал колыбель.
         Стало рассветать. Небо прояснилось. Как только солнечные лучи коснулись снежного хребта, в доме засуетились женщины. Все обрадовались. Родился мальчик.
          Но никто не мог дотронуться до младенца – он был огненно-красный. Что было делать? Как кормить? Женщины не смели его коснуться. Они стояли вокруг новорожденного не веря своим глазам.
          В ту ночь у соседа ожеребилась кобыла, но жеребенок не походил на обычных жеребят. Никого к себе не подпускал, ударом копыт отбюрасывал того, кто пробовал к нему подойти. Прослышав об этом, Сатаней-Гуаша обрадовалась:
          - Жеребеночек, жеребеночек, ровесник моего сына, только ты под стать ему!
         В ту же ночь младшему дали имя Сасрыква – человек из камня, а жеребенка назвали Бзоу.
 
/Из книги «Абхазские сказки».  Сухуми, 1983, перевод Х.Бгажба/

       Рождение нарта Сасрыквы было необычным. По воле Создателя и благодаря свету, который он источает, младший брат нартов рос мгновенно. Поэтому говорят, что его жизнь была вне зависимости от времени. Прежде чем отправиться в свой героический путь, он успел сказать «Мать, где мой конь и оружие?». Его жизнь уместилась в этих словах. Неукротимая Сатаней-Гуаша ответила словами: «Вот твой конь, оружие!» Когда Солнце пересекло середину неба, герой уже успел совершить все свои подвиги.

В это трудно поверить, но он был из тех, про кого говорят: «Он умер и до своего рождения!».

После его гибели Сатаней-Гуаша сложила о нем песню и пела скорбным голосом:

    Среди звезд твое место опустело,

     Но зажжешься в моем сердце звездой.

     Тебя не успела коснуться родниковая вода.

     Ты не увидел путь, очерченный Шашуы,

     Но светом остался в моих глазах, Сасрыква,

     Родившийся после восхода Сопнца,

     Но не успевший к закату Солнца.

     Ты искупался в лучах света,

     Свет Шашуы стал цветом траура для тебя!

Голос Сатаней-Гуаши звучал между небом и землей. Эту песню услышала Лдзаа-Ныха и пришла к матери нартов:

    - Твоя песня тоской наполнила мое сердце, Сасрыква принадлежит мне, я заберу его, - сказала Лдзаа-Ныха и поднялась в небо вместе с Сасрыквой. И сегодня они живут вместе. Душа Сасрыквы светится там, с ног до головы он украшен звездами. Лдзаа-Ныха так любит Сасрыкву, что вслух не произносит его имя. Так говорил Мстаф Ашуба, что Лдзаа-Ныха родила от Сасрыквы мальчика, и Сатаней-Гуаша подарила им корову по имени Хапш.

Записано со слов Кучи Тванба в с. Дурипш в 1984 г.
Записал С. Габниа Перевел с абхазского И. Хварцкия

 

КОВАРСТВО БРАТЬЕВ. ГИБЕЛЬ САСРЫКВЫ

 

           Случилось то, чего больше всего опасалось Сатаней-Гуаша. Ненависть и раздор окончательно вселились в нартскую семью, после того, как Нарджхоу умыкнул их сестру Гунду. Нарты решили разойтись по миру и навсегда покинуть родину.

           Перед уходом стали они делить добро. Разделили все, но разгорелся спор из-за волшебного нартского кувшина Аваздза макят. Вино из этого кувшина обладало способностью придавать отпившему силу и бодрость. Сасрыква предложил:

          - Отдадим кувшин тому, кто сумеет правдивым рассказом, о своих подвигах вскипятить вино в кувшине.

         Одни за другим нарты стали рассказывать о своих походах, но вино так и не закипело. Когда же Сасрыква рассказал о своих подвигах, вино в кувшине стало пениться и затем забурлило. Нартам пришлось уступить кувшин Сасрыкве. Братья оседлали лошадей, навьючили свое добро и двинулись в путь. По дороге они встретили ведьму Ару пан, которая ехала верхом на петухе Шашуы.

         - Куда вы, переселяетесь? - спросила ведьма. Братья рассказали ей, что всему, мол, виною Сасрыква.

         - Да не проще ли вам от него избавиться, - сказала Арупан, которая подсмотрела, как кузнец держал его за правое колено, закаляя на огне.

         - Вы предложите ему разбить правой ногой на лету большой камень. Нога у Сасрыквы от удара, наверное, переломится, и он потеряет прыть, перестанет вмешиваться в ваши дела.

         Братья поблагодарили ведьму, вернулись домой и стали просить Сасрыкву разбить ногой на лету камень, чтобы они окончательно убедились в его превосходстве.

Сасрыква. не подозревая коварства братьев, согласился и ударил правой ногой сброшенный со скалы камень. Нога в колене переломилась. Сасрыква упал без сил, и злые братья, забрав кувшин, оставили его истекать кровью.

        Прилетел ворон и стал пить кровь. Когда Сасрыква стал его упрекать, ворон ответил:

        - Каждый из нашего племени пользуется бедой другого. На то мы и вороны.

И Сасрыква проклял ворона:

        - Пусть птенцы твои, когда подрастут, выклюют тебе глаза!

Вот почему птенцы ворона, когда становятся взрослыми, го­няются за старыми родителями, пытаясь выклевать им глаза.После ворона явился волк и тоже стал пить кровь, но когда увидел умирающего Сасрыкву, то выразил ему сочувствие. В благодарность за это Сасрыква дотронулся мизинцем до шеи волка и сказал:

        - Пусть в твоей шее будет столько сил, сколько в моем мизинце! Вот почему у волка настолько сильна шея, что он может, убегая.

тащить барана.

Наконец, прилетели голубь и голубка. Они опустились около Сасрыквы на окровавленную землю и пожалели умирающего богатыря.

И Сасрыква попросил их:

        - Передайте матери, что я уразумел ее мудрые слова, да слишком поздно.

Голуби улетели исполнить его просьбу. А лапки у них так и остались красными.

Вот каким афырхаца * был Сасрыква. О его храбрости и мужестве люди не забудут. Недаром говорят: «От потомков Сасрыквы люди приобщились к храбрости, а лень и трусость развели злые духи».

 

По книге «Абхазские сказки».

Составил, обработал и перевел на русский язык X. Бгажба

* Афырхаца - герой молнии, храбрейший.